Яхта президента

ЯХТА ПРЕЗИДЕНТА? РАССКАЗ УКРАИНСКОГО «ПАПАРАЦЦИ»…

Николай СЕМЕНА



Моя попытка проверить у одного из руководителей Крыма в конфиденциальном порядке информацию о том, правда ли, что Президенту Украины Леониду Кучме на день рождения подарили новую фешенебельную яхту, «наткнулась на стену непонимания» — он коротко посоветовал мне не совать нос не в свои дела. Спасибо ему. Этим он подтвердил, что информация правильная. Осталось найти это уникальное судно и посмотреть на него только одним глазом, то есть объективом фотоаппарата…

Главные ворота МДЦ «Артек» в этот день ремонтировались, а потому, пока рабочие мастерили новую арку, а милиционер, поставленный охранять эти ворота, за неимением таковых отошел в сторонку, разморенный палящим крымским солнцем, наша машина свободно проехала на территорию «Артека». Почти незамеченными нам удалось добраться и до артековского порта, но на въезде в него пришлось затормозить. Нас встретили милиционер, на поясе которого висели наручники, и еще один человек в гражданском, но с рацией в руках. Лица были хмурые, люди явно не были настроены на откровенность, пришлось сыграть «под дурака». «Ребята, мы заблудились, а так хочется покупаться, не подскажете, где здесь можно окунуться?», — тараторил я, разглядывая внутренности порта и поняв, что дальше они меня не пропустят…

Порт «Артека» совсем небольшой. Два коротких причала. У внутреннего ютились небольшие, но красивые яхты, моторные и парусные, штук восемь-десять. На внешнем причале, с наброшенными концами стояли только две фешенебельные яхты морского или океанического класса. Душа йокнула — одно из этих суден могло быть искомой посудиной…

— А пляж вон там, с другой стороны порта, — показывал мне рукой один из охранников…

Я тянул время, пристальней вглядываясь. Проход к двум яхтам напротив был перегорожен. Судя по всему, там никого не было. Одна из них, та что поменьше, под британским флагом, была вся белая и выглядела великолепно. Но уже уходя, — дальше тянуть было подозрительно! — я понял, что другая, под украинским флагом, была и побольше первой, и покомфортабельней. Ее корпус был выкрашен темно-зеленой, с фиолетовым отливом краской, придававшей судну не белую франтоватость, а респектабельную солидность. На темно-зеленом фоне белые надстройки смотрелись утонченно и филигранно. В них просматривались затемненные стекла, закрытые темными занавесками, на фоне синей воды блестели никелем антенны, мачты и неизвестные мне приборы. На открытой верхней палубе виднелась уютно расставленная деревянная мебель, выполненная с большим художественным вкусом. Все в этом судне излучало не отпускную курортную легкомысленность, а солидность и степенность. На белоснежной задней стойке первой палубы отливал золотом не то филигранный вензель, не то какая-то эмблема. С такого расстояния рассмотреть было нельзя. Названия яхта, очевидно, не имела…

Дальше тянуть разглядывание было опасно. Пришлось обойти порт с другой стороны, откуда причалы закрывали деревья, а пляж был отгорожен высокой стеной и решеткой. Положив «Nikon» с длиннофокусным объективом в сумку, похожую на хозяйственную, а «мыльницу» с «зумом» в карман (если придется лишиться одного из них, то другим все же работу сделаю!), я перемахнул через невысокий забор и, изобразив деловитый вид, направился на внутренний причал, якобы к «своей» яхте. Фокус удался. Вокруг ходили рабочие, одни наводили порядок на теплоходе с подводными крыльями (кажется, типа «Метеор» или «Восход») с надписью на борту «Дітям «Артека», другие завершали отделку каких-то комнат, не то портовых бытовок, не то душевых, которые были отгорожены высокой стеной. До меня не было никому дела. Изобразив «профессиональный» интерес, я подошел к одному из яхтсменов, который заправлял своего «морского коня» водой из крана при помощи шланга.

— Здорово, земляк! Эта красивая белая яхта, не скажешь, давно ли стоит? — начал я издалека.

— А, эта. Это «Лукойла», она тут уже несколько лет. Ходит под британским флагом. На зиму только ее забирают, а так все время здесь…

— Но если присмотреться, эта с темным корпусом под украинским флагом смотрится не хуже. Почему она без названия? Давно она здесь, не знаешь? — приближался я к интересующему меня предмету разговора.

— Недели две-три как пригнали. Это яхта Президента, разве не слыхал? — ответил он удивленно.

— Да как-то не пришлось, — равнодушно, насколько мог, продолжал я. — Ты, я вижу, разбираешься в этой теме, сколько такая может стоить?

Тут мой собеседник покосился на меня, оценивающе посмотрел, подозрение и опаска промелькнули на его лице.

— Точно не знаю, надо посмотреть, что там внутри. Но думаю, что простому смертному в любом случае столько не заработать…

Он заторопился, перепрыгнул через барьер на свое суденышко и занялся какими-то делами, показывая всем видом, что ему не до меня...

Изображая праздно шатающегося яхтсмена, я подошел к вышедшему от яхт на причал парню в черной рубашке.

— Земляк, что за судно с темным корпусом? — спросил я его неожиданно прямо.

— Приезжий, что ли? — ответил он вопросом на вопрос. — Это подарок Президенту. Красивый катерок, а внутри, видимо, еще похлеще, чем снаружи… Недели две-три как поставили…

Помедлив, я спрятался под навес от глаз милиционера на входе в порт, который уже смотрел на меня, вынул фотоаппарат и сделал несколько снимков. Парень куда-то ушел…

Надо было выходить, но на самом выходе я столкнулся с невысоким добродушным парнем, только что пившим воду из фонтанчика. На нем была потертая спецовка, замазанная краской. Он здесь что-то красил. Вытирая лицо ладонью, он смотрел на меня. Я подошел ближе и мы разговорились…

— Люблю фотографировать красивые корабли, — начал я для завязки. — Не знаешь, что это за яхта?

— Да я понял, что ты — журналист. Яхта президентская, подарок ко дню рождения. Мы все знаем, да только ты шибко не суйся, прячь фотоаппарат, а то отберут. Не боишься?

— Боюсь, но, думаю, успею уйти. А почему она без названия?

— Так ее, видимо, перекрасили. Когда пригнали недели три назад, она называлась «Изабель», но сейчас буквы сняли, может быть, другое имя дадут…

А что про нее еще люди говорят?

— Да не распространяются здесь об этом. Давай уходи быстрее, «папарацци», а то без фотоаппарата останешься…

Сделав еще несколько снимков, я уходил, как и пришел — через заборчик…

Подумав, а что, собственно, необычного в том, что Президент страны имеет яхту, я попытался заговорить об этом с некоторыми неплохо относящимися к прессе руководящими работниками в Крыму. Но результата это не дало: администрация Президента может быть уверена в этих людях — хотя каждый из них был, несомненно, посвящен в эти дела, но ни один не выдал прессе этой страшной военной тайны! Но каждый советовал держаться подальше. А почему? Например, когда не только в Севастополе, но даже в Ялте, прямо на причале набережной стоял флагманский корабль ВМС Украины «Гетьман Сагайдачний», не только я, гражданин Украины, но и многие иностранцы свободно его разглядывали и фотографировали, а ведь на нем, наверное, больше государственной тайны, чем на яхте, еще не имеющей названия. И думая о том, какова будет реакция власти, я полагаю, что единственный достойный выход — рассекретить все и организовать для прессы и телевидения экскурсию на это судно, чтобы рассказать народу об особенностях и возможностях, технических характеристиках этой, несомненно, уникальной, яхты. Ведь столько экскурсий уже было на корабле «Гетьман Сагайдачний»!.. Кстати, как оказалось яхту круглосуточно охраняет сторожевой корабль.

Но вот беда! Когда проявили пленку, сделали отпечатки — стало понятно, что на снимках из-за черно-белой полиграфии изображения яхты не столь великолепны как оригинал. Белизна бумаги не передает золотого и серебряного блеска, бетонное ограждение порта скрадывает великолепие форм. Остается вам поверить на слово: я видел и фотографировал самую великолепную на Южнобережье Крыма яхту. Возможно, яхту № 1 страны…

* * *

ВЕРЕЩАГИН, УХОДИ С БАРКАСА!

Ольга ДМИТРИЧЕВА

Что тебе подарить,
дорогой мой человек?

Как судьбу благодарить,
что свела с тобой навек?


Господа, побойтесь Бога! Ведь не последний же раз Леонид Данилович празднует день своего рождения в ранге Президента. Если нынче — яхта, то чем же переплюнуть масштабность презента в следующем году? А через год? Или все-таки вы что-то знаете?

Выяснить имя волшебника, прилетевшего явно не вдруг, вряд ли на голубом вертолете, и уж никак не с пятьюстами эскимо, как вы понимаете, «ЗН» было непросто. Оно и ясно: тайна вклада — покруче, чем в банке. Но несправедливо как-то: Президента мы выбираем всей страной, его всяческие послания к парламенту изучаем каждой семьей, а героев, главе государства дары приносящих, знать нам не велено.

Ну, да ладно, жить с постоянным чувством неудовлетворенного любопытства нам не привыкать, несмотря на всякие указы об открытости и прозрачности. Куда занимательней другой вопрос: каковы действия именинника после того, как подарок неописуемой роскоши преподнесен? Развязать ленточку, открыть коробочку и воскликнуть от восхищения — это святое. Пригласить дарителя к столу и предложить выпить за здоровье виновника торжества — само собой. А дальше? «Подарки, полученные Президентом Украины во время официальных визитов в иностранные государства или от представителей иностранных государств во время их визитов в Украину, или от юридических и физических лиц, за исключением символических сувениров, являются государственной собственностью Украины. Они сохраняются в резиденции Президента или передаются в государственные музеи или другие государственные учреждения и организации в установленном порядке, подарки, имеющие особую ценность, — в сокровищницу Национального банка Украины согласно закону Украины. Государственные награды и другие награды, полученные Президентом Украины, принадлежат ему лично».

Судьба плавсредства была бы таковой, если бы принятие закона о Президенте Украины, пятидесятую статью которого мы процитировали, не затормозилось на втором чтении. Помнится, тогда в среде народных избранников нашлись противники столь «невежливого» отношения к презентам, которые настаивали на изъятии из текста документа этого положения. Но достаточного количества голосов для осуществления замысла, по всей видимости тех, кто в тайне примерял законопроект на себя, не нашлось. С того дня, когда он последний раз рассматривался в сессионном зале парламента, прошло больше года. В перечне законопроектов, предназначенных для рассмотрения в Верховной Раде в ближайшее время, его нет. Можно было бы, конечно, издать по этому поводу президентский указ и возложить контроль за его выполнением на главу государства, но подобная светлая мысль почему-то не посещает голову гаранта. Никакими иными законодательными актами вопрос о том, каким образом должно поступать с подарками, преподнесенными главе государства, у нас не регламентирован. В отличие от других европейских стран.

В Польше, к примеру, как просветили нас дипломаты, все подарки, которые делаются парламентариям, членам правительства и прочим чиновникам, декларируются, и определенная часть их стоимости выплачивается в качестве налогов. Президент передает дары для украшения государственных зданий. В Германии все дары, преподносимые федеральному канцлеру либо министру иностранных дел, считаются официальными. Они не остаются в частных руках, а передаются для оформления интерьеров госучреждений либо резиденции канцлера. Те из них, которые не могут быть использованы для этой цели, продаются на аукционах, а вырученные от их продажи средства идут на благотворительные цели. К слову, многие еще, наверное, помнят историю с несколькими немецкими чиновниками, которые, летая по миру в государственных целях, накопили бесплатные мили полетов. Стоило им воспользоваться льготой в личных целях, как в прессе был поднят шумный скандал, в результате которого госслужащим пришлось покинуть свои посты. В Америке же любому школьнику известна сумма, которая не должна превышать стоимость презента, преподносимого президенту, — 200 долларов. А история о том, как Биллу Клинтону пришлось заплатить в налоговые органы страны приличную сумму лишь потому, что коллекция подаренных ему всеми, кому ни лень, саксофонов стала со временем представлять солидную материальную ценность, — и вовсе классика.

И дело здесь, как нетрудно догадаться, вовсе не в показательном ущемлении права человека, облеченного властью, на простые людские радости. А в неукоснительном соблюдении права других людей, наделивших его этой властью, пребывать в уверенности: он не воспользуется ею в своих личных, корыстных интересах. Наверное, в жизни многих женщин были моменты, когда от стоимости преподносимого ей подарка захватывало дух, переведя который она ясно осознавала: такие знаки внимания оказывают с дальним прицелом, поскольку они обязывают… Для того чтобы понять, к чему обязывают дорогие подарки высокопоставленных чиновников, им даже не требуется переводить дух. Не последовавший за этим отказ от подношения обязует их к действиям, которые в случае с женщиной осуждаются общечеловеческой моралью, а в случае с должностными лицами подпадают под статьи Уголовного кодекса: «Получение взятки в особо крупном размере или должностным лицом, занимающим особо ответственное положение, — карается лишением свободы на срок от восьми до двенадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет и с конфискацией имущества». Ко взяткам в особо крупных размерах УК относит те, что в пятьсот и более раз превышают необлагаемый налогами минимум доходов граждан.

«ЗН» провело расследование по сайтам Интернет-сети и пришло к заключению: океанские яхты такого класса, как «Изабель», в зависимости от года спуска на воду, стоят от шести до двенадцати миллионов долларов США. Выяснив класс яхты, мы связались с представительством продавшей ее фирмы во Франции, где нам сообщили, что только базовая модель судна стоит 5,8 миллиона евро. Какой там у нас необлагаемый налогами минимум? По сведениям «ЗН», посудина длиной 31 метр 95 сантиметров доставлена на место своего нынешнего причала из Амстердама итальянским экипажем и растаможена в Крыму. Это яхта модели NAVETTA 30, продана дистрибьютором фирмы Ferretti Castom line (последние два слова в названии означают «эксклюзивная линия», услугами которой пользуются преимущественно арабские шейхи) — Lergers Europe B. V. Крейсерская скорость судна —16,5 узла, максимальная — 20. Оснащена двумя двигателями по 956 кВт каждый. Потребляет 900 литров топлива в час. Зимняя стоянка в Стамбуле яхт подобного класса стоит 5—7 тыс.долл. в месяц. Обслуживает ее команда в 4—5 человек. Может принять на борт до десяти гостей. Ее прежнее название скрыто под слоем свежей краски, а новое пока не нанесено, но, как удалось нам узнать, будет весьма оригинальным и неизбитым — «Украина». Побывавшие на борту яхты народные депутаты утверждают, что внутри она затянута полиэтиленом, то есть еще не распечатана. И действительно, если верить информации на сайте дистрибьютора, яхта куплена новой (никаких сэконд-хэндов!) и с требованием срочной доставки. «Современные вандербильды, ротшильды и березовские обожают вкладывать деньги в суперяхты. Дворец где-нибудь в Антибе — не скрыть, как и его цену. А покупки яхт оформляются через оффшорные компании, строго хранящие свои секреты», — рассказывает журнал «Миллионер». Но если вы не миллионер, то можете яхту арендовать. Один день проката подобного суденышка обойдется вам в 7—10 тысяч долларов.

Все дело в том, что в Украине, где «подарочные» отношения абсолютно не регламентируются, никто не ведет учет: а) кто, б) кому, в) какой подарок подарил, и уплатил ли налог с дорогостоящего предмета его новый обладатель. А потому невозможно проследить взаимосвязь между фактом дарения и последовавшим ему (либо предшествовавшим, неважно) фактом благодарения. Благодарения, что называется, не словом, а делом. Которое-то и дает юристам возможность квалифицировать дар как взятку. Мало кто уже сегодня помнит случай с подаренным президенту Украины Леониду Кравчуку «Шевроле Люмина». Как говорилось в депутатском запросе Григория Омельченко, в январе 1994 года руководство корпорации «MIT International, INC» оформило передачу в дар, то есть безвозмездно, президенту Украины Леониду Кравчуку автомобиля, находившегося в собственности корпорации и зарегистрированного в Нью-Йорке. А за год до этого произошло перечисление одного миллиона долларов на счет корпорации «MIT International, INC» со счета фонда «Новое поколение», при дирекции которого существовал центр содействия президенту Украины. Если верить депутатскому запросу Григория Омельченко, Генпрокуратура факт дарения авто признала, но уголовного дела не открыла. И, наверное, не в последнюю очередь потому, что, как утверждают специалисты, доказать факт получения взятки в отношении президента еще труднее, чем в отношении другого должностного лица.

Не исключено, что во избежание кривотолков Президент Кучма уже успел передать подаренную яхту в распоряжение какой-то организации, дабы не числиться ее хозяином. Если юридический факт дарения имел место. Провести в полном объеме расследование на эту тему «ЗН» не успело. Единственное, что удалось узнать: на балансе Государственного управления делами, обеспечивающего жизнедеятельность главы государства, числятся только два морских судна — «Одиссей» и «Крым». Об этом сообщил нам руководитель аппарата начальника управления — Николай Марченко, заявивший, что об океанской яхте «Изабель» ему ничего не известно.

Словом, никаких юридических последствий принятие подарков класса «Президент» не влечет. Отсутствие законодательных норм — лучшая гарантия их ненарушения. И говорить можно лишь о нарушении норм моральных. Поскольку отделаться от вопроса «За что?» все-таки очень трудно. Как, впрочем, и от вопроса, с которого мы начинали, «Кто?». Кто этот человек, который может позволить себе потратиться на подобный презент? Какова же тогда цифра, которой исчисляется его состояние? Полностью ли он его задекларировал? Занимает он высокий чиновничий пост, возглавляет какую-то национальную компанию или, может быть, транснациональную преступную группировку? Ведь во многом от этого зависит «рентабельность», на которую он рассчитывал, вкладывая свою «инвестицию». Впрочем, знакомые с антуражем празднования самого главного в стране дня рождения не исключают, что человек просто хотел выпендриться. Однако по неопытности сделал это как-то некомпактно. Чем и подставил шефа, поскольку в сейфе подарок спрятать не удалось. Но строгих санкций ожидать ему стоит едва ли. Что в отношении этого человека можно сказать наверняка, так это то, что он недосягаем для налоговых и правоохранительных органов. Открытия уголовных дел, арестов и пятнадцатилетних заключений можно не бояться ни гипотетическому Иван Иванычу, ни Акакию Акакиевичу, ни Олегу Викторовичу…

© "Зеркало Недели"
 




--> Жильё в Крыму <--